Вышел шестой номер журнала "Ветер странствий".  Предлагаем вашему вниманию одну из статей этого номера.

Вета НОЖКИНА

Человеку важно знать немало, потому дорога и трудна...

Продолжение. Начало см. в №5

О традициях в бардовской песне

Проблема служит для упорядочивания строительного материала (темы) в единую художественно-эстетическую конструкцию. Идея пролегает красной линией и завершает это художественно-организованное единство авторскими выводами и оценками мировоззренческого характера. Несоответствие художественно-содержательной стороне говорит о признаках самодеятельности.
Традициями художественно-содержатель ной стороны песен авторов 40–60-х годов Ленинградской и Московской школ стали постоянные стремления авторов к самосовершенствованию. Большое внимание в истории Московского КСП уделено разборам музыкально-поэтических произведений, мастер-классам с участием мастеров поэзии, музыки и исполнения. Вот почему ни один из авторов, добившихся отличного результата в песенном творчестве, не хвастал доморощенностью и «даром, упавшим с неба», что «песня снизошла, и исправлять в ней что-то рука не поднимается…».

Значительны сведения от очевидцев в алматинском бардовском движении начала восьмидесятых. Вот так описывает поддержание традиций Виталий Исиков, фотоархивист клуба «Тоника», в интервью сайту «Авторская песня в Казахстане»: «Запомнились, конечно, бурные первые годы, когда приезжали ведущие барды – Визбор, Городницкий, Дольский, Вероника Долина, Клячкин, Федоров, Гр. Гладков, Брунов и Вахратимов, Берковский, Тальковский, Вихорев, Вайханский (Минск), Муравьев (Казань), Егоров, Богдановская... Чтобы всех вспомнить, надо поднять годовые абонементы тех лет. Были и наши фестивали, на которых росли наши алматинские барды. Что особенно запомнилось, так это секции композиции, поэзии и гитары. Наши барды представляли свои новые работы и получали советы и критику, а также познавали грамоту поэзии, композиции, игру на гитаре…».

В истории остаётся только та песня, которая гармонично сочетает в себе все литературно-музыкально-исполнительские традиции. И поскольку песня является синтетическим видом искусства, в ней должны сохраниться утверждённые жанром, в данном случае жанром бардовской песни, законы равновесия текста, музыки и исполнения. И если происходит перевес в ту или иную сторону – это является ведущим показателем в определении принадлежности песни к иному жанру.
Многие современные самодеятельные авторы песен, считая, что этот жанр лёгок, а значит, доступен и без специальных знаний, заблуждаются. Ведь надо в таком случае иметь врождённое эстетическое чутьё к слову и звуку. А возможно ли обладать этим, не прикасаясь к законам и традициям жанрового многообразия? Отсюда чреватость плагиата.
И очень становится грустно, когда музыкальные промахи объясняются дилетантской фразой: «Нот-то всего семь…».

Музыкальное ограничение идёт только от нежелания искать и находить. Ведь и музыка и текст к ней – это формулы, в которые вкладывается множество составляющих, и незнания не освобождают от ответственности за результат.
Затронем ещё одну сторону песни – эмоциональную. Эмоциональное, чувственное принадлежит песням надуманного содержания. Пласт же бардовских песен лежит в эпической, исторической стороне – то есть сюжеты бардовских песен не выдуманы, а пережиты автором. Но касается это в большей степени содержания текста. Эмоциональные любовные переживания в песнях разных жанров выражены ярче всех остальных чувств.
Но бардовской песню можно назвать только тогда, когда в тексте прослеживается мудрость, подчёркивающая глубину чувственной стороны. Рассматривая музыкальное воздействие, мы попадаем в поле психологии. Психологическое воздействие оказывают формулы слов в сочетании с умиротворяющим или однотонным нагнетающим ритмическим рисунком песен, что более свойственно песням духовного назначения и року.

Странно, но именно здесь возникает возрастное деление песни. Если в юности бурлит кровь, хочется преобразований себя и всего мира – напрашиваются рвущиеся интонации, стремящиеся к бурному проявлению своего «Я». Не потому ли молодёжи ближе настроения рока или развлечения в попсовых потоках, в желании самовыразиться эдак – не похоже, но с апломбом и вызовом всему миру…
Кто-то в этом состоянии «застревает» надолго, иногда на всю жизнь, навешав на себя амулеты, возведя себе кумиров, призывавших к этому странному поведению, но в понимании большинства – к свободе, нирване. Но задумайтесь: свобода без культуры – это анархия… Степенность проявления чувств и их нежно-эмоциональное преподнесение – более свойственно взрослеющему человеку, начавшему поиск многогранности мира и отсюда обращение к природе, к определению своей роли как частицы миросозидания (ролевые песни, песни для театров, романсы, песни о природе).

Духовное же требует мировоззренческой основательности и знаний, что приходит лишь со зрелостью. Чем это не ступени взросления в музыкальном пространстве? Песня исполняет своё эстетическое, художественное предназначение. Она может воспитывать лучшие качества человека, но может и захламлять его образ жизни, а не обогащать.
Какие же темы, проблемы, идеи преобладали в 40–60-х годах в песнях Московской и Ленинградской школ? Мне пришлось проанализировать не один десяток песен бардов 40–60-х и современных авторов, чтобы прийти к следующим выводам.
Бардовскую песню можно разделить на две группы: классическая песня и романтическая. Основное различие лежит в тематике песен:

Темы классической АП

Человек, человек и его время, человеческие ценности, патриотизм, отвага, одиночество, внутренний мир, цинизм, мещанство, пошлость, красота, политический строй, общечеловеческие исторические вехи (война, послевоенное время), правда, ложь, искусство, место человека в жизни, в искусстве, жизненные противоречия, философия поиска себя, противостояние, конфликтность, мудрость, поэт и его место в жизни…

Темы романтической АП

Женщина, семья, воспитание, периоды взросления, рост взаимоотношений в семье через испытания, любовь, разлуку, верность, сохранение общечеловеческих ценностей, преодоление себя, рост человека – через тему гор, туристских походов, рост человека через понимание природы, рост человеческих чувств – любви, благородства, дружбы, открытость помыслов…
В плоскости современных авторских песен преобладают темы совсем другие. Далёкие от философствования, обличения, глубоких размышлений, в основном

темы этих песен – покаяние, описание сложностей жизни, быта, песни о взаимоотношениях, о любви, разочарованиях, рассказы от первого лица, признания, восхищение, душевные переживания, эмигрантские темы, белогвардейские, офицерская тематика…
Несложность текстов, незамысловатость сюжета (чаще в этих песнях присутствует куплетная – не сюжетная форма) и драматическая сценическая подача, зачастую снабженная яркими аранжировками, – выдают жанровые характеристики песен современного русского шансона.

Ещё один пласт тем современных авторских песен – описание личных впечатлений, чувствований, исповеданий о пережитом, волнующем… Эти песни могут идеализировать мир. В них нет чёткой системы отграничения я-исповедующейся личности (как в бардовской песне). Своё и чужое в такой песне меняется местами без каких бы то ни было переходов и пояснений, а это создаёт подчас впечатление неслаженности текстов. И всё же наивнонепосредственная форма схватывает многоликую, сложнейшую природу чувств.
По темам это песни быта, семейных отношений, юности человека, трепетность первого чувства, радость и драматизм любви, девичья надежда, обручение с любимым, гадания, веселье гулянок, тайные свидания, душевные переживания, здесь человек то взмывает птицей, то никнет, будто срубленное дерево, и спешит изъяснить себя цветущему полю, лесу, буйному ветру, метели, либо, напротив, замыкается в одиночестве… Но эти характеристики соответствуют жанру лирической песни.
Целое течение сибирских бардов, провозгласивших себя бардами России, с музыкальной и словесной пафосностью воспевают якобы красоту природы, радость человека за всё происходящее, нацеленность исполнительская идёт на умиротворённость, растворение в окружающей любви, поклонение великому, но с единственной темой – провозглашения своей теории мира. И этим песням есть название – это благочестивые песни, имеющие к бардовским самое малое отношение.

И ещё один пласт современных авторских песен, в которых идёт преобладание ритмического характера музыки над текстом. Песенные тексты здесь могут нести информационно-повествовательный, но в большей степени трагедийный характер. Драматизм происходящего усугубляется ритмом, и это создаёт общее эмоциональное напряжение, порой с отсутствием эстетического наслаждения. Сатирическое, патриотическое, патетическое здесь если и есть, то склонно к псевдохристианским надумкам. Выдуманный и реальный мир в этих песнях находится в постоянном конфликте, а также в хаосе поиска человека в самом себе и поиске оправданий своих мятежных поступков. Да это же характеристики песенного жанра «рок». Выводы формулируются сами собой: современная авторская песня уходит далеко от бардовской песни в сторону русского шансона, рока, лирической, романсовой песни, эстрады, благочестивой песни, джаза, фолка, босановы, растворяясь в других жанрах.

Бардовская песня в своём чистом виде умирает, а в другом виде она не может существовать, так как её предназначение чётко формулируется: мудрыми темами, ровным соотношением текста, музыки и исполнения, традициями, эстетикой, стилистикой, поэтикой, и своим предназначением – дарить мудрость, разоблачать, давать возможность слушателю глубоко задумываться о жизни, где человек должен оставаться Человеком с большой буквы.