Песни и горы

Вета НОЖКИНА

Возвышенность поэтических образов подобна горному восхождению. Кто-то, возможно, и возразит, но посудите сами: человек, работающий над собой, возвышает себя в своих же глазах. Человек, идущий на восхождение, работает не только над своим физическим состоянием, чем возвышает свой здоровый дух, но и над своими целями, возвышая направленность своих поступков. Человек, поющий мудрые строчки, показывает свой возвышенный путь и этим возвышает помыслы слушателя.
Не укладывается как-то в голове образ падшего человека, способного преодолеть восхождение или написать мудрую песню. Работа над собой, подчас изнурительная, только она может дать положительный результат.
Те, кто сделал свои восхождения в песнях – Булат Окуджава, Александр Галич, Владимир Высоцкий, Юрий Визбор, Юрий Кукин, Александр Дольский, – не старались так жить, их черты характера были основой песни. Нравственность в их песнях высока настолько, что по строчкам многих можно сверять свои помыслы и поступки. Вот, например, сверьте с собой.

Булат Окуджава: «Совесть, благородство и достоинство – вот оно, святое наше воинство», «Давайте горевать и плакать откровенно», «Говорите мне прямо в лицо, кем пред вами слыву», «А душа, уж это точно, ежели обожжена, справедливей, милосерднее и праведней она».

Александр Галич: «Не делить с подонками хлеба, перед лестью не падать ниц», «Люди мне простят от равнодушия, я им, равнодушным, не прощу», «Не судите, да не судимы… Так вот значит, и не судить?! Так вот значит, и спать спокойно? Опускать пятаки в метро? А судить и рядить – на кой нам?! Нас не трогай, и мы не тро… Нет! Презренна по самой сути эта формула бытия! Те, кто выбраны, те и судьи? Я не выбран. Но я – судья!».

Владимир Высоцкий: «Я не люблю открытого цинизма, В восторженность не верю, и ещё – Когда чужой заглядывает в письма, заглядывая мне через плечо… Я не люблю себя, когда я трушу, Досадно мне, когда невинных бьют, Я нелюблю, когда мне лезут в душу, Тем более, когда в неё плюют…», «Я грязью из-под шин плюю в чужую эту колею. Эй, вы, задние, делай, как я! Это значит – не надо за мной. Колея эта – только моя! Выбирайтесь своей колеёй».

Юрий Визбор: «Ведь дело мужчин – пересилив тревогу, надёжно держать чуть дрожащий штурвал», «Моя надежда на того, кто, не присвоив ничего, своё святое естество сберёг в дворцах или бараках…»

Юрий Кукин: «…или это мать кричит от горя, или это люди потеряли веру, или вяжут лилипуты Гулливера… и нельзя узнать, помочь и сделать лучше, а во мне всё рвётся к свету кто-то, SOS, спасите наши души!..»

Александр Дольский: «Уважаемая совесть, где вы прячетесь? Потерять вас – растрясти по свету…», «Чтобы дружба не была обузой, чтобы вер-ность в тягость не была…», «Быть искренним, как в час перед концом… играть свободно словом, звуком, цветом, но никогда – ни правдой, ни лицом… так хочется, пока живёшь на свете»

На одном из своих концертов Юрий Кукин заметил, что авторская песня использует настолько, казалось бы, простые формы, как литературные, так и музыкальные, что большинство слушателей наивно полагают, что они могут написать свою песню, нисколько не хуже. Порой от первой песни до песни, за которую не стыдно, приходится пройти долгий путь, и не все его осиливают. Именно этот стимул является причиной появления новых профессиональных бардов, пополняющих ряды интеллигенции.

Настоящая авторская песня лишает человека иллюзий, поэтому многие её не любят. Куда удобнее находиться в заблуждении – так легче, не думая, не напрягаясь, поддаться влиянию музыкального кайфа. Поэтому легче потрясти своё расслабленное тело под эстрадные шедевры, поэтому куда приятнее оттянуться с коньячком под ритмы рока… И куда сложнее вдумываться, примерять к себе совестливость, проявлять доброту и жить почеловечески.
Барды нового поколения тоже обращают слушателя в свою бардовскую веру, сообщая о том, что вроде бы всем ведомо, но не получается всегда быть честным перед собой. Отличие же от первых бардов – в большей покаянности, в испытании стыда за предыдущее и нынешнее поколения и в поиске выхода.

Юрий Устинов: «Неважно – кто кого перекричит, важнее знать – откуда взялся крик…», «Редеют гладкоствольные леса, а песен кучерявых пруд пруди…», «И в этот век депрессии и стрессов, где каждый третий что-нибудь поёт, как хорошо быть сотканным из леса и верить в удивление твоё…»

Владимир Музыкантов: «Слепые, как кроты, наощупь выйдут в двери останки наших душ…», «В чернильных пятнах та же ложь, и в клетку крупную рубашки… стреляют в гениев в упор…», «Та родина моя, ты мне не солгала. О, отчего всегда так в жизни правды много, когда сама судьба является вершить, а воля личная становится убога…»

Геннадий Жуков: «Писать стихи про это и про то Безнравственно, уж если не преступно. В них нужно жить, как жить в пальто, Когда на свете неуютно», «Тогда бы над этою дымной клоакой, Над градом, который просили потрогать, Где пивом питаются песни, где дракой Кончаются мессы над вросшим, как ноготь, Мне в сердце мостом. Где в конце с пьедестала Чугунный глядит вертухай, и мочало Речей бесконечных, похожих для виду, На детскую злую большую обиду…»

Михаил Трегер: «Гладок и широк, путь наш слишком прям, лёг он, как упрёк путаным дворам. К тверди пригвождён, в плоскость уходя, как кроссворд решён кем-то до тебя…», «Выбрать – и вырвать сомненья полночные, С корнем, как зубы, что сгнили; Только вот зубы-то вечно – молочные, Значит, корней не пустили».

Виктор Фёдоров: «В ожиданье покинувших берег, безмолвен причал, В ожиданье цветенья Земли замирает природа. Если б каждый в себе, как в других, различал Роковую черту, за которой трава не расти, И размашисто рубят с плеча сгоряча… Может быть, потому-то так трудно», «В делах и мыслях мельтешим… И щедро делим пополам ценой судьбы добытый хлам, изобретательны в словах, не говорящих ничего…»

Александр Дов: «Всегда д ля подвига отыщется оказия, когда я утром просыпаться не хочу…», «И любопытство дальше, пуще стоит за каждою строкой… Авось случится день грядущий, несущий счастье и покой…», «Сам с собою держу я совет: то ли светлой устраивать тёмную, то ли тёмную вывести в свет…», «За всякий свой мелкий урон и ничтожную выгоду», «И где-то в середине дня… мы приседали у огня, себя не узнавая…»

Осталось мало их – романтиков, уверенных в том, что словами песен можно душу излечить. А, может, просто, время такое – не до смыслов, не до раздумываний…
Один из таких романтиков – Александр Городницкий. Он пережил блокаду Великой Отечественной, он наряду с Окуджавой, Галичем и Высоцким считается основоположником жанра бардовской песни. В 1957 году он окончил геофизический факультет Ленинградского горного института. Занимался научной работой в научно-исследовательском институте геологии Арктики. По сей день работает в Институте океанологии главным научным сотрудником. Многократно погружался на дно океанов в подводных обитаемых аппаратах. Был на Северном полюсе и в Антарктиде. Городницкий – известный ученый, доктор геолого-минералогических наук, заслуженный деятель наук Российской Федерации. Автор 32 книг стихов, песен и мемуарной прозы и нескольких десятков дисков с авторскими песнями. Он первый лауреат премии имени Булата Окуджавы. Стихи и песни Городницкого переведены на языки многих народов мира, включены в школьные программы. Его творчеству посвящены многочисленные статьи, кандидатские и докторские диссертации. Именем Александра Городницкого названы малая планета Солнечной системы и горный перевал в Саянах.
Весь образ жизни его – показ личностного роста. И строчки его песен и стихотворений неотделимы от глубокого внутреннего содержания:

На листьями усеянной планете,
По юности испытывая грусть,
Я руку поднимаю, как свидетель,
И только правду говорить клянусь.

Когда на сердце тяжесть и холодно в груди,
К ступеням Эрмитажа ты в сумерках приди,
Там, без питья и хлеба, забытые в веках,
Атланты держат небо на каменных руках.

В многоголосье струнном разуверясь,
Где царь один, там и поэт один,
Равновеликий, – остальные ересь.

Мальчишки, вас тревожили гитары,
Вы бредили стихами до зари…
И на допросах лгать не научась…

Когда на тебя сурово
То птицы глядят, то рыбы,
А бездна или вершина
Торопят тебя вперёд,
Тебе не вернуться снова
В исходную точку, ибо
Земля уже совершила
Положенный оборот.

Умирают деревья стоя,
Обречённой листвой звеня.
Постараться уйти достойно, –
Вот, что главное для меня.

В Новом году «Остров песни» ожидает встречи с бардом, поэтом Александром Городницким. Всего два дня в Астане, два дня в Алматы и, если получится, два дня в Усть-Каменогорске. Почувствуйте на себе счастье – жить в одно время с великим человеком, дышать вместе с ним одной эпохой.
А в канун Нового года «Остров песни» желает всем читателям «Ветра странствий» и любителям бардовской песни – радости удивлений, насыщенных и ярких встреч, понимания близких, духовного и физического здоровья.